COVID-2019
в Казахстане



Вся информация здесь

105493

Выздоровевших

110086

Зарегистрированных случаев

3568

Зарегистрированных случаев в Костанайской области

1796

Летальных случаев

Наш Костанай

Чтобы бывшие осужденные смогли встать на путь истинный, нужны серьезные изменения в закон, в систему

Пока же освободившиеся из мест лишения свободы вынуждены годами искать работу. В результате многим не хватает выдержки, и они возвращаются назад.

О трудностях ресоциализации после выхода из тюрьмы «НК» рассказал бывший заключенный. Сергей освободился в апреле 2018 года и признается, что жизнь на воле не сахар.

Мужчина боится распространять свою фамилию, потому что опасается потерять работу, на которую устроился с таким трудом. Но шутит, что она – фамилия – у него «железная». Может, это и помогло ему достойно преодолеть испытания, которые приготовило ему общество.

Наш собеседник не скрывает своего прошлого – в последний раз он отсидел 15 лет в УК-161/2, в народе именуемой «четверкой». Не отрицает, что срок получил неслучайно и за дело – пошел выпить с товарищами, исход – драка в пьяном состоянии с убийством. До этого Сергей уже был судим – отбывал 5,5 лет.

– У нас же везде бюрократия. Вышел по УДО и сразу, как говорится, реабилитировался, – рассказывает Сергей. – Вообще, я моторист-агрегатчик по образованию. Весь срок сидел в «четверке». Все время трудился. Когда там было СТО, работал, в 2011 году станцию техобслуживания закрыли. Потом работал сварщиком. Собирали ворота и все такое. Работал, считайте, бесплатно. Зарплата смешная – одно время платили 214 тенге при работе без выходных на протяжении семи лет, максимум я получал 3000 тенге. По расценкам того времени, это примерно два блока сигарет.

Когда мужчина вышел на волю, понял – жизнь здесь не так проста. Рассказывает, что окружающий мир за 15 лет буквально преобразился, найти работу, имея судимость, стало практически невозможно.

– Работал первое время на СТО. Год проработал, хорошо еще, что меня сразу взяли, без документов и т.д. А так везде круговая порука – пока не сделаешь одно, не получишь другое. Приходится стараться самому, иначе ничего не получится. Сейчас нахожусь на пробации. Все время нужно отмечаться, что-то случается, начинают таскать, не дают нормально жить.

После освобождения у Сергея возникли трудности с документами. На СТО проработал 10 месяцев.

– Зимой клиентов вообще не было, за квартиру платить нечем было, – вспоминает Сергей. – Решил сам арендовать помещение под СТО. Это оказалось еще хуже – работаешь – не работаешь, но заплатить нужно за аренду, свет, воду и так далее. Сейчас работаю в карагандинской фирме, которая занимается добычей золота. Выезжаю на вахты. Занимаемся технологическим бурением скважин. Я – менеджер по эксплуатации и ремонту буровых установок, проще говоря – механик. Устроиться было тяжело – с судимостью нигде не берут. До сих пор стараюсь не показывать никому свои справки, иначе останусь без работы. В городе трудоустроиться вообще невозможно. Даже чтобы поливать газоны, требуют справку об отсутствии судимости. Можно трудиться только неофициально.

На путь истины нашего героя наставила семья в 2011 году, когда Сергей еще отбывал срок, они с Натальей расписались. Их познакомил общий знакомый. Сейчас у семейной пары маленькая дочь, и Сергей изо всех сил старается сделать так, чтобы ни она, ни его жена ни в чем не нуждались.

– Живем на съемной квартире третий год. Постепенно сделали ремонт. Работа тяжелая, зимой приходится по 12 часов проводить на холоде. Год работаю, работа серьезная, четыре раза в сутки дышу в трубку, раз в неделю сдаю тест на наркотики, – рассказывает Сергей. – Во время пробации, на которой я буду находиться еще три года, очень много ограничений. Например, я не могу покидать квартиру с 10 вечера до 6 утра. Даже не могу выйти на прогулку с семьей в это время.

Еще одна проблема, признается собеседник, – постоянно встречаются знакомые из прошлой жизни.

– И начинается старая песня. Кто помощи просит, кто что. Если честно, 95% освободившихся через время возвращаются обратно на зону. Потому что на воле очень тяжело адаптироваться. Я многих знаю, кто вынужден даже в мусорных ящиках копаться. Есть социальная помощь, я тоже стоял на учете в Центре занятости, там работы нет. Говорят сразу, мол, напиши, что в работе не нуждаешься. Так же и пробация. Помощи никакой нет. И что остается? Государство никаких шагов не предпринимает. Вышел человек, два-три месяца помыкался, и обратно. Там не лучше, но у многих нет выхода. Мир вокруг очень изменился. Люди другие, все другое. Друзья после 15 лет какие могут быть? Есть единицы, которые помогали, пока я сидел. Я сам одно время помогал тем, кто там, но потом перестал, – признается собеседник.

О жизни за решеткой Сергей вспоминает неохотно. Рассказывает, что 90% администрации осужденных за людей не считает, в исправительном учреждении постоянно создается напряженная обстановка.

– Я считаю, что с этой системой ничего не сделаешь, должно пройти лет 50, чтобы что-то изменилось. Спустя два года, конечно, полегче стало, но вначале даже не представляешь, куда податься. Был один знакомый, освободился, через пару месяцев его убили в драке.

Сергей далеко не единственный, кому на воле пришлось несладко. Но по прошествии двух лет он все же адаптировался. Еще один освободившийся из мест лишения свободы – Сергей Рыженков – вышел всего несколько месяцев назад. Нарушать закон больше не хочет, но в обращениях к правозащитникам все время подчеркивает, что спокойно жить ему не дают. Чуть что, сразу задерживают полицейские, все время проверяют документы.

В департаменте уголовно-исполнительной системы статистика далеко не такая плачевная – процент рецидива по Костанайской области составляет всего 20%.

– В силу статьи 14 Уголовного кодекса Республики Казахстан рецидивом преступлений признается совершение лицом тяжкого или особо тяжкого преступления, если ранее это лицо осуждалось к лишению свободы за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, – комментирует и.о. начальника РГУ «Департамент уголовно-исполнительной системы

КУИС Министерства внутренних дел РК» Бауыржан Уразалин. – По состоянию на 2 июля 2020 года в действиях около 20% осужденных, содержащихся в учреждениях Костанайской области, судом признан рецидив. Наибольшее количество данных лиц содержится в учреждении чрезвычайной безопасности.

Однако стоит отметить, что здесь в расчет взята только категория тяжких и особо тяжких преступлений, но очевидно, что тех, кто попадает под суд за мелкое хулиганство, или, к примеру, кражу, притом не впервые, в разы больше. Общество с осторожностью и даже с опаской относится к ним, не беря во внимание, что бывшие осужденные – такие же люди.

– У нас ничего не предусмотрено для лиц, освободившихся из мест лишения свободы, – комментирует председатель группы Национального превентивного механизма по Костанайской области Александра Сергазинова. – Человек выходит на свободу и остается один на один со своими проблемами. Есть общественные фонды, правозащитные организации, но очень слабая информированность самих осужденных о том, куда они могут прийти за помощью.

Что касается психологического аспекта, о трудностях адаптации на воле мы спросили у психолога Людмилы Должиковой.

– Осужденные находятся в условиях социальной изоляции длительное время, там они не имеют положительного опыта, нет навыков межличностного общения, снятия конфликтов и т.д., – объясняет Должикова. – Нет грамотного лечения, так как многие нуждаются в психиатрической помощи. Многие не трудоустроены, а из мировых стандартов, что трудотерапия восстанавливает человека. Раньше осужденные больше стремились обучаться, чем сейчас. Инстинкт социальных потребностей не развит. Формировать культурные, семейные ценности нет возможности. Работа психолога необходима. Соответственно, если этого всего нет, то человек выходит на свободу несоциализированным. Адаптации в социуме не происходит, и он возвращается в ту же среду, откуда пришел. Соцзащита, пробация не предусмотрены для того, чтобы вникать в проблемы каждого, тем более если человек сам этого не хочет. Если не может сразу найти подходящую работу, растет недовольство, чувство неустроенности, срываются. Не хотят сами что-то делать. Нужна определенная программа пробации. Из опыта – многие думают, что выйдут, создадут семью. Они к этому не приспособлены, поэтому зачастую начинается злоупотребления алкоголем, и на фоне этого возвращаются в места лишения свободы.

К сожалению, общество действительно сегодня не готово принять тех, кто когда-то оступился в жизни. В Конституции прописано – те, кто совершил преступление, лишены только свободы. Остальные права должны быть на равных. Но почему-то испокон веков в реальной жизни все наоборот – бывшие преступники на всю жизнь остаются изгоями и вынуждены скрывать свое прошлое. А то и того хуже – возвращаться на кривую дорожку…

Алина СУШКО


Много сидишь в социальных сетях? Тогда читай полезные новости в группах "Наш Костанай" ВКонтакте, в Одноклассниках, Фейсбуке и Инстаграме. Сообщить нам новость можно по номеру 8-776-000-66-77