Наш Костанай Политика

«Конституция работала четко и спокойно»: Беседуем с Сергеем Жалыбиным об основном законе РК

Сергей Михайлович не нуждается в представлении, все знают, что порядка 12 лет своей жизни он был депутатом Парламента РК

Еще до начала карьеры в правительстве, Жалыбин в должности председателя Костанайской областной коллегии адвокатов принимал участие в разработке Конституции нашей страны.

Повествование будет вестись от первого лица.

Опираясь на опыт других

В то время, когда появилась необходимость создания новой Конституции независимого Казахстана, у нас уже была действующая 1993 года, которую приняли в спешке. Многие нормы в этом документе уже не вписывались в реалии. Например, право на труд или бесплатное здравоохранение, чего уже в принципе не могло быть. Причем та Конституция была ориентирована на парламентскую республику, но в стране в момент разрухи должно было быть единоначалие, тогда и встал вопрос о пересмотре документа и создании принципиально нового основного закона в Казахстане.

В то время я уже достаточно активно критиковал имеющуюся Конституцию в СМИ и научных трудах, говорил о том, что она изначально неоправданно принята и, видимо, меня заметили. Позже аким нашей области, в то время им был Балташ Турсумбаев, рекомендовал меня в рабочую группу по разработке новой Конституции, которую возглавлял Нурсултан Назарбаев.

В ней были сосредоточены, это я не про себя говорю, действительно светила юриспруденции: академик Сапаргалиев, Котов, Тихонов. Работали над документом семь человек официально из числа группы и привлеченные специалисты.

Разрабатывали документ дистанционно, но иногда собирались, чтобы шлифовать ту или иную статью, я занимался конкретно правовыми аспектами.

Изначально мы стали компилировать структуру других Конституций. Принято говорить, что за основу нашего документа якобы взята французская Конституция. Но я бы поспорил. Да, по разделам наша совпадает с французской, потому что на тот момент она больше всех отвечала тем целям, которые разработчики ставили перед собой. Наша задача ведь была не просто создать Конституцию, а чтобы она соответствовала интересам уже независимого Казахстана.

Поэтому опирались на нормы в казахском обычном праве (на протяжении столетий на территории Казахстана господствовало обычное право – совокупность юридических обычаев, санкционированных и гарантированных государственной властью, соблюдающихся в принудительном порядке в целях сохранения существующих общественных отношений). Изучая документ, мы столкнулись с нестандартными ситуациями.
Например, в обычном праве не было нормы по наказанию женщин, будто никогда в жизни девушки не совершали правонарушений, так что тут нужно было поработать. Решили уменьшить меру наказания, учесть смягчающие обстоятельства.

Был также учтен казахский свод законов «Жеты жаргы», оттуда брали пункты по правам человека. Вообще рассматривали практически все Конституции стран, выделяли что-то для себя, некоторое сразу отметали. Допустим, в том же швейцарском законе была норма, касающаяся умерщвления быков, мол, молотком убивать нельзя. Традиции, что сказать… А вносить поправки по этому поводу швейцарцы не станут, они в отличие от нас свои деньги очень здорово экономят, поэтому проводить референдум по пустякам не считают нужным.
Работа над Конституцией заняла два года, новый документ приняли 30 августа 1995 года.

Поправки

Конституция работала четко и спокойно, и никаких фундаментальных изменений не вносилось. Были поправки, касающиеся изменения сроков полномочий депутатов Парламента, и корректировки после переименования столицы. В этом ничего страшного нет.
Когда я уже ушел из Парламента, приняли поправки достаточно спорные, на мой взгляд. В том числе, по преданию конституционного статуса первому Президенту, теперь этот пункт исключили.

Я противник внесения каких-либо поправок, Конституция должна работать фундаментально. По ряду изменений в ходе последнего референдума у меня есть вопросы, скоро выезжаю в столицу и буду их поднимать.

Во-первых трансформация Конституционного Совета в Конституционный суд мне вообще непонятна. Да, здорово, что туда смогут обращаться простые граждане, прокуратура и уполномоченные по правам человека, но что мешало просто передать Конституционному Совету эти функции, а не морочить голову с судом. Это ведь огромные деньги, очередное расширение штата.

Еще смутила поправка, в которой говорится: «Земля и ее недра, воды, растительный и животный мир, другие природные ресурсы принадлежат народу». Когда мы писали Конституцию, была другая формулировка: «принадлежит государству». Под этим имелось в виду все: территория, правительство, президент и народ в том числе. И никаких нареканий не было, пока несколько лет назад у нас не заговорили о продаже земли иностранцам. Эта информация в головах людей отложилась именно так.

На самом деле планировалась долгосрочная передача и продажа эксплуатируемых участков земли иностранцам. Объясню подробно. В первом случае долгосрочная аренда подразумевала срок от 49 лет и дальше. В принципе, у нас много пустых земель, их в свое время по низким ценам взяли те, у кого была возможность. Одни их используют, засевают, еще и какую-то материальную поддержку оказывают населению. У других же земля не работает, просто пустошь, таких участков у нас сотни тысяч гектар. Вот правительство и стало задумываться о том, чтобы отдать землю в аренду. Выгодно ведь, это касалось только земель сельхозназначения.

Во втором случае под продажей земли иностранцам имели в виду вот что. У нас в стране есть масса граждан других государств, которые приобрели здесь квартиры, ведут крупный бизнес. Под их частной собственностью находится казахстанская земля. И для нашего государства она простаивает, не приносит никакой пользы. Была мысль, чтобы владельцы выкупали землю и платили за нее налоги, как и все граждане нашей страны. Но у нас сразу взбунтовались оппозиционеры, настроили людей, что наша независимость подорвана. Как говорится, соседний колхоз просит навоз, им не дадим, сами съедим.

Тогда правительство дрогнуло и отказалось от этой идеи, что, на мой взгляд, неправильно, нужно было разъяснять все народу и продолжать работу.

Но есть все-таки один позитивный момент в этой поправке, пока о нем никто не говорит, наверное, потому что не верят. А ведь по факту, если земля и ее недра принадлежат народу, значит будьте добры и делиться с людьми. Почему в тех же Арабских Эмиратах люди имеют процент с добычи нефти и горя не знают. Мы же ничего не видим, а страна богатейшая.

О себе

Промелькнула у меня однажды мысль, переехать жить в столицу насовсем, привык вроде бы к этому шуму и суете. Даже квартиру купил, но супруга хотела домой в Костанай и даже Алматы категорически не воспринимала, хотя и я себя там не особо комфортно чувствовал. Работал в этом городе в должности замминистра. Знаете, что это такое? В 7 часов утра едешь на работу и в 10 вечера домой. Я там ничего не видел. Бексултан Туткушев говорил мне: подними хоть раз глаза в небо, посмотри, как хорошо на свете, горы кругом, в воскресенье можно выехать куда-то на «Медео» погулять. Никуда я не ездил, как собака без выходных, адская работа была. Так что Алматы и не знаю.

Квартиру сдал, не приватизировал, собственно, как и в Нур-Султане. Я единственный из депутатов этого не сделал. Демократ, видите ли, нашелся! Иногда даже жалко, ну да ладно. Я вернулся в Костанай в 2007 году, когда мои депутатские полномочия прекратились.
Люблю наш город, помню его еще старым, кирпичным, пыльным. На моих глазах Костанай стал таким красавцем. Всегда им любуюсь.
Тут моя семья, супруга. Мы с ней уже уже 50 лет вместе. Дочь и внуки, все как положено. По моим стопам никто не пошел, да и не было у меня мысли убеждать их идти в политику. Старшая внучка еще в детстве говорила: «Я буду, как дедулька, стану юристом». Главное, чтобы голова работала, а профессия уже второстепенное.

Записала
Полина ШКАРУБО,
фото
Ларисы БОЖКО


Много сидишь в социальных сетях? Тогда читай полезные новости в группах "Наш Костанай" ВКонтакте, в Одноклассниках, Фейсбуке и Инстаграме. Сообщить нам новость можно по номеру 8-776-000-66-77