Кумганом конца XVIII века пополнилась коллекция Костанайского областного историко-краеведческого музея

Старинный латунный сосуд конца XVIII – начала XIX века принадлежал как минимум представителям четырех поколений одной семьи. Реликвию передала жительница Костаная Жумабике Туякова

Иногда предметы становятся безмолвными свидетелями судеб людей и целых семей. Этот кумган пережил царскую эпоху, годы репрессий, голод, запрет религии и забвение целых фамилий. Его не продали, не переплавили, не выбросили, а сберегли как память о предках.

ХОЗЯИН РЕЛИКВИИ

Жумабике Туякова, которая передала кумган в музей, – дочь Жибек Туяковой, 1934 года рождения. Ей сосуд достался от ее матери Жумакуль Кузембаевой, 1905 года рождения, в девичестве Исмаиловой. А Жумакуль – от отца, Омара Исмаилова (Досова), известного в начале ХХ века волостного управителя Дамбарской волости Кустанайского уезда. Территория бывшей Дамбарской волости сейчас в основном входит в состав района Беимбета Майлина Костанайской области.

Имя Омара Исмаилова (Досова) сохранилось в архивных документах 1912 года среди должностных лиц региона. Он был не просто представителем местной администрации, но и образованным человеком, поддерживавшим школы и мечети. До конфискации имущества и скота, выселения из пределов Кустанайского округа Омар проживал в ауле Nº 8 Житикаринского района.

В 1928 году его жизнь, как и многих представителей казахской элиты, изменилась. В соответствии с Декретом ЦИК и СНК КазССР от 27 августа 1928 года о конфискации байских хозяйств, Исмаилов был признан «полуфеодалом», его имущество и скот конфискованы, а члены семьи высланы вместе с ним за пределы округа. Особую тяжесть высылки несли женщины и дети. Они оказывались в незнакомых местах без привычного уклада жизни, имущества, зачастую без средств к существованию. На их плечи ложились забота о детях, поиски пищи, попытки сохранить семью. В таких условиях простые бытовые предметы становились и утварью, и некой связью с прошлым.

– После конфискации их жизнь превратилась в борьбу за выживание. Чаще всего семьи из Акмолинской или Семипалатинской областей высылали в Уральскую область или в глубь России, – уточняет заведующая отделом учета и хранения фондов Костанайского областного историко-краеведческого музея Дамели Азирханова. – Судьба семьи Исмаила Досова типична для семей врагов народа того времени. Они оказались в ссылке, были лишены имущества и средств к существованию.

Особенно трагично сложилась судьба сыновей Исмаилова. Один из них, Абубакир Досов, участник движения «Алаш», в 1930-е годы был арестован. Его обвиняли в пантюркизме и контрреволюционной деятельности. В итоге Абубакир был приговорен к высшей мере наказания – расстрелу или длительному сроку в лагерях, где след его теряется.

Долгие годы имя семьи находилось в забвении. Лишь после обретения Казахстаном независимости началась работа по реабилитации и восстановлению исторической памяти.

И все это время в доме потомков хранился кумган – немой свидетель разных эпох.

СИМВОЛ ПАМЯТИ

Кумган – традиционный сосуд для ритуального омовения перед намазом. В ХХ веке, особенно в период активной антирелигиозной политики, подобные предметы зачастую прятали. Намаз запрещался, мечети закрывались, религиозная атрибутика уничтожалась или скрывалась. Возможно, именно осторожность и бережное отношение потомков позволили предмету дожить до наших дней.

Данный кумган выполнен из латуни. Его туловище цилиндрической формы, слегка сужающееся в верху, внутренняя поверхность залужена. Изогнутый носик плавно переходит в корпус, ручка складная, крепится при помощи металлических пластин. Крышка съемная, выпуклая, с конусообразным навершием.

Поверхность украшена растительным орнаментом: стилизованными листьями, цветами и побегами.

– По технике выполнения изделия мы определили, что это индивидуальный заказ, ручная работа. Мы внимательно изучили орнамент. Это не казахский национальный стиль, а скорее центральноазиатская традиция, предположительно Бухара. Видно, что мастер был высокого уровня: чеканка выполнена тонко, узоры не повторяются штампом, есть небольшие различия, характерные для ручной работы, – отмечает Дамели Азирханова.

Размер сосуда – 21,5 на 24 сантиметра, вес – около килограмма. Несмотря на возраст, кумган сохранился в отличном состоянии.

– Это вечная вещь. Металл латунь – практически не подвержен разрушению. Нас не будет, а он останется. Это и есть история, – говорит сотрудница музея.
Специалисты отмечают, что подобные предметы редко сохраняются в семейных коллекциях в первозданном виде. Со временем латунь темнеет, детали утрачиваются, крышки заменяются. В данном случае сохранность практически идеальная.

ИЗ СЕМЕЙНОГО ДОМА – В МУЗЕЙ

В фонд музея кумган поступил в 2025 году и уже получил инвентарный номер. Пока он не участвовал в выставках – читатели «НК» первыми узнают об экспонате.

– Для нас это уникальная вещь. В нашей коллекции не так много подлинных казахских этнографических предметов столь раннего периода. Мы рады такому пополнению, – добавляют в музее.

Вот так семейная реликвия стала частью общего культурного наследия региона. Сосуд, который пережил репрессии, голодные годы, смену эпох и несколько поколений одной семьи, теперь будет храниться в музее, как напоминание о людях, чьи судьбы переплелись с историей страны.

Екатерина БАЙНЯШЕВА, фото Ларисы БОЖКО