Две недели назад всю страну потрясла новость из Тараза. Женщина выбросила из окна пятого этажа своих двоих малолетних детей. Общество вновь заговорило о том, достаточно ли эффективно работает система раннего выявления кризисных семей и взаимодействия служб.
В результате трагедии мальчик и девочка пяти и трех лет были доставлены в больницу с тяжелыми травмами – закрытой черепно-мозговой травмой, отеком мозга и переломами. Позже стало известно, что мать признана невменяемой. Детский омбудсмен Динара Закиева сообщила, что ранее у женщины диагностировали тяжелое депрессивное состояние, однако лечение не было завершено. Специалист назвала одну из системных проблем – медицинскую тайну. Органы здравоохранения не извещают органы защиты прав детей о проживании детей с родителями, у которых выявлены тяжелые депрессивные состояния или диагнозы, связанные с психическим здоровьем. По словам Закиевой, это усложняет профилактику и раннее вмешательство.
Эта история болезненно перекликается с резонансным фактом 2025 года в Павлодарской области, когда женщина выбросила из окна двоих сыновей и выпрыгнула сама. Один ребенок погиб, второй выжил. Позже выяснилось, что мать стояла на учете в специализированном медучреждении и суд признал ее невменяемой, назначив принудительное лечение в психиатрическом стационаре с интенсивным наблюдением.
Корреспонденты «НК» решили узнать, как устроена профилактика в Костанайской области, есть ли у служб доступ к информации о психических диагнозах родителей и как вообще выявляют семьи, где ребенку может грозить опасность?
МЕДИЦИНСКАЯ ТАЙНА
В управлении образования Костанайской области «НК» сообщили, что на учете органов опеки как неблагополучные стоит 501 семья, в которых воспитываются 739 детей.
При этом, как уточнили в ведомстве, информации по диагнозам родителей нет. Причина та же, что обозначили на республиканском уровне – медицинская тайна.
В управлении здравоохранения «НК» не предоставили свежих данных, однако в 2024 году в Костанайской области на динамическом наблюдении в психоневрологическом диспансере состояли 1 523 человека.
Региональный уполномоченный по правам ребенка по Костанайской области Несибели Басенова в разговоре с «НК» подтвердила, что в Казахстане нет единой специализированной государственной базы, где органы опеки автоматически видели бы сведения о родителях, состоящих на психиатрическом учете.
То есть, как поясняет омбудсмен, контроль не включается сам по себе. Такие факты выявляются в ходе практической работы через обращения граждан, выезды, медицинский патронаж новорожденных, сигналы из школ, полиции или социальных служб.
– Выявление семей, где ребенок может оказаться в опасности, чаще всего происходит не через диагноз родителей, а через поведение ребенка и других членов его семьи, условия проживания, – подчеркивает Несибели Заривановна. – Однако если в ходе работы выявляется реальная угроза жизни и здоровью ребенка, органы здравоохранения могут поставить в известность опеку. Но единой базы, позволяющей в автоматическом режиме отслеживать такие семьи, нет.
Возвращаясь к теме медицинской тайны, Басенова считает, что необходимо разработать правовой механизм обмена информацией между здравоохранением и органами опеки в ситуациях угрозы ребенку. Это предложение звучало от детского омбудсмена Динары Закиевой на республиканском уровне.
«ОЧЕНЬ ТЯЖЕЛО ДОКАЗАТЬ»
Уполномоченный по правам ребенка по Костанайской области рассказала, насколько трудно добиться официального признания психических нарушений у взрослого человека, даже если это становится очевидно окружению.
– Убедить взрослого человека пройти обследование и получить заключение крайне сложно, – подчеркивает Басенова.
Она привела пример из практики, когда из-за проблем со здоровьем у матери-одиночки органы опеки дважды изымали детей. Другой случай в Костанайской области, когда Басенова добивалась признания отклонений – женщину даже помещали в психиатрическую клинику, но спустя месяц выписали.
– Врачи определили, что отклонения есть, но конкретно не могли дать определение болезни… И ребенка отдали маме. Потом снова забрали, потом снова отдали. Случаются такие качели, – описывает случай собеседница.
Кроме того, в регионе действует межведомственная комиссия с участием представителей полиции, прокуратуры, здравоохранения, образования и других служб. Работают комиссии по делам несовершеннолетних на уровне области и районов, проводятся выездные проверки семей. Выявление семей в зоне риска происходит через школы, социальные службы, медицинские учреждения и полицию. Формируются списки по районам и сельским округам.
– Однако систему сопровождения кризисных семей необходимо усиливать, особенно в части помощи матери выйти из сложной жизненной ситуации, – считает Басенова. – Важно не только выявить проблему, но и научить семью справляться с ней через консультации, сопровождение, помощь в воспитании ребенка, социальную поддержку. Главная сложность заключает не только в выяснении проблемы, но и удержании устойчивого результата, чтобы ребенок не возвращался в ту же небезопасную ситуацию без реальной реабилитации семьи.
ВОПРОС ОСТАЕТСЯ ОТКРЫТЫМ
Трагедия в Таразе вновь подняла болезненную тему: как найти баланс между медицинской тайной и безопасностью ребенка? Как вовремя увидеть риски, если они скрыты за дверями квартиры?
В Костанайской области система профилактики существует. Работают органы опеки, комиссии, социальные службы, образовательные и медицинские учреждения. Однако сами специалисты признают, что эффективность зависит от координации и своевременного реагирования.
Главный вывод, к которому приходят эксперты, – необходимо совершенствовать механизмы взаимодействия служб, чтобы защита прав ребенка оставалась приоритетом. И делать это важно аккуратно, без разрушения принципов конфиденциальности, но с учетом реальных угроз. Потому что в подобных историях цена ошибки слишком высока.
Екатерина БАЙНЯШЕВА, фото из архива «НК», иллюстративное изображение сгенерировано ИИ
Много сидишь в социальных сетях? Тогда читай полезные новости в группах "Наш Костанай" ВКонтакте, в Одноклассниках, Фейсбуке и Инстаграме. Сообщить нам новость можно по номеру 8-776-000-66-77