Корреспонденты «НК» любят прогуливаться по городу и разглядывать постройки разных лет, ведь в них живет история. То, что раньше было актуально и практично, сейчас кажется странным. Нам захотелось узнать о таких местах немного больше.
Архитектор Мария Байтурина рассказала об истории появления, оформления некоторых из балконов местных многоэтажных домов и поделилась интересными фактами.
КОНЦЕПЦИЯ
Именно балконы в советский период превращали однообразные бетонные блоки в оригинальную архитектуру.
– В типовом строительстве это было не просто функциональной приставкой к жилому помещению, а ключевым композиционным инструментом. Можно сказать, балкон отвечал за эстетику здания, — отметила Байтурина. — Наши родители устраивали здесь некий склад, да и сейчас это порой филиал кладовки.
Кстати, согласно нормам и правилам, остекление балконов или лоджий, выходивших на главные проспекты и улицы города, не допускалось. Как оказалось, данные нормы действуют и сейчас.
– Правда, об этом мало кто знает. Плохо это или хорошо для визуального восприятия здания, вопрос спорный и по сей день, – замечает архитектор. – Именно этот запрет долгое время сохранял первоначальный замысел авторов советской застройки.
Так сложилось, что балконы и лоджии оказались одними из немногих элементов здания, где архитектор мог проявить индивидуальность и вариативность. Проектировщики не могли изменять форму самих жилых секций, на помощь приходил комбинаторный метод, а балкон становился основным элементом, формировавшим лицо здания.
– В строжайшей экономии, тотальной стандартизации и борьбе с «излишествами» творческим людям открывались иные горизонты, – подтверждает Мария. – А для помощи в оформлении было немало архитектурно-композиционных приемов.
Представьте многоквартирный дом без балконов. Так он становится плоским, буквально похожим на монотонную коробку.
Балконы выступают за пределы здания и открыты с трех сторон, лоджия входит в контур здания и с трех сторон ограждена. За счет этого создается эффект впадин и выступов, которые ломают плоскость стены.
– Глубокие ниши лоджий создавали естественные тени, которые визуально прорезали фасад. В солнечный день это придавало плоской стене глубину и объем. Благодаря этому здание становилось более сложной инженерной структурой, чем оно было на самом деле, – объяснила специалист.
ТЕМИРБАЕВА, 14
На этом доме элементы фасада объединены в мощные вертикальные и эркерные группы.
– Архитекторы использовали элемент-вставку, чтобы собрать угловую секцию и придать массивной многоэтажке динамику, – заметила Байтурина. – Лоджии здесь выстроились в строгие вертикальные ряды, превращаясь в мощные пилоны. Это визуально вытянуло здание, оно стало не таким приземистым.
Разнообразие придает и цветовое решение.
– Торцевые и задние стены лоджий часто выкрашивались в глухие, насыщенные цвета (терракотовый, охристый, глубокий синий). Или в ярко-оранжевый, как на здании по улице Темирбаева, – указала специалист. – Сам фасад при этом оставался светло-серым или белым. Поэтому глубина ниши казалась еще больше.
КУБЕЕВА, 17
Архитектор назвала этот дом стандартным и созданным в духе советского времени, а вот побороть серость и унылость ему помогает чередование скосов, создающих строгий геометрический рисунок.
– Такой прием избавляет от плоскости, – говорит Байтурина. – Когда архитекторам запретили использовать лепнину и декоративные карнизы, декор сместился на форму самих балконных экранов. Оформление дома на улице Кубеева – один из самых ярких приемов позднего советского модернизма. Геометрическая деформация. Вместо банального плоского прямоугольника архитекторы начали срезать углы у панелей ограждения. Это создавало динамичный, почти футуристический граненый рельеф.
При взгляде на дом под углом такие скосы создают иллюзию волнообразного или складчатого фасада.
Тяжелый железобетон визуально облегчали прорези (вертикальные щели, круглые иллюминаторы), а также использовался фактурный бетон («шуба», крупная галька).
МОСТ-ВСТАВКА
Крытая переходная галерея, или жилой мост-вставка – это еще один вариант обустройства балкона периода позднего модернизма советского градостроительства. Мощные и абсолютно глухие стены домов из серого крупнозернистого бетона с грубыми швами сжимают между собой легкую, ритмичную, пронизанную стеклом горизонтальную вставку. Мост соединяет два многоэтажных панельных дома.
– У галереи разный функционал. Это может быть сквозной коридор, соединяющий лестнично-лифтовые узлы двух разных подъездов, или ведущий к незадымляемой эвакуационной лестнице. Жители могут ходить друг к другу в гости или спускаться к лифту, не выходя на улицу зимой. Это может быть часть жилого пространства квартиры, – информирует Байтурина.
Архитекторы намеренно не стали соединять два жилых корпуса глухой стеной.
– При помощи пространственного разрыва они создали монументальный портал (арку) на уровне первых этажей, – заметила Мария. – Когда конструкция ловит боковой свет, тень мягко ложится на кубики моста, из-за чего он кажется фактурным и нескучным.
Практическая польза от подобного решения тоже имеется.
– Огромная многосекционная стена из панельных домов не перекрывает доступ солнечному свету во двор и не создает застойных зон для воздуха, арка позволяет двору дышать, – заметила архитектор. – Это также сквозной проход для жителей и проезда спецтехники. Арка работает как рамка фокуса, открывая вид на зелень внутреннего двора и перспективу соседней застройки.
Вот и получается, что с одной стороны дома, в которых мы живем, — просто здания, а с другой – продуманные до мелочей архитектурные ходы, в которых заложены свои смыслы. Они передает дух ушедшей эпохи и креативность мысли архитектора.
Яна ГАРЬКУША,
фото Ларисы БОЖКО
